Демократия под ударом вируса: взгляд из Швейцарии

Swissinfo.ch

Как в Швейцарии, стране, «изнеженной» почти идеальной демократией, воспринимаются актуальные угрозы, исходящие от пандемии как для ее политической системы, так и для «старых демократий» вообще? Мнения разные, но в итоге остается одно впечатление: «Нам бы ваши проблемы»! Или нет? А каково Ваше мнение?
Перевод и оригинальная русскоязычная адаптация: Игорь Петров.
Поляризация, ненависть, нетерпимость к иному мнению, рост взаимного недоверия и социального неравенства, меньшая степень общественной и национальной сплоченности: пандемия ударила по «скрепам» и нанесла серьезный урон даже так называемым «устоявшимся» традиционным демократиям. По мнению Эстефании Куэро (Estefania Cuero), конкретно в Швейцарии все эти явления стали даже не столько следствием пандемии, сколько результатом фундаментальных проблем и процессов, имеюших место в обществе Швейцарии уже довольно долгое время.
Она и другие эксперты призывают к большей «инклюзивности» и поднимают вопрос о том, кто реально обладает в стране властью. Инклюзивность в стране с прямой демократией, где народ может выносить на референдум даже законы, уже принятые парламентом? Давайте разберемся подробнее. А зачем мне читать этот материал о том, как в далекой, богатой, демократической и благополучной Швейцарии люди жалуются на «мелкий жемчуг»? Ну, во-первых, Швейцария была такой не всегда, а во-вторых демократия — это не есть нечто «отлитое в граните», это — как велосипед: если она не двигается вперед, то она падает.

Да, Швейцария — это страна, «измученная» почти идеальной демократией, и тем не менее дискуссии и те интервью, что проводили наши коллеги на международном форуме, который прошел в маленьком расположенном между Берном и Люцерном городке Цофинген на тему «Коронавирус как стресс-тест для демократии» (Demokratie im Coronatest), вполне любопытны в плане того, о чем думают в стране эксперты нового поколения, в чем заключается сильная сторона их экспертизы, а в чем тут есть слабина. Наш портал SWI swissinfo.ch выступил информационным партнером данного мероприятия, в нем приняли участие около ста человек, представителей и представительниц научных кругов, сфер политики, бизнеса, СМИ и гражданского общества. Мероприятие было организовано Швейцарским фондом демократии (Stiftung Demokratie Schweiz).

Так вот, вернемся к Эстефании Куэро, докторанту Люцернского университета. Она специалист по такой новой вещи, как «инклюзивность». С недавнего времени данное понятие активно проталкивается на первый план, им пытаются заменить давний термин «партиципация», который обозначает инструменты и культуру участия или соучастия в политических процессах. Но если с партиципацией в Швейцарии все в порядке, то откуда взялись проблемы с «инклюзивностью»? Или тут мы все-таки говорим о разных вещах? «Во время коронавирусного кризиса в Швейцарии многие ранее вполне себе благополучные и привилегированные люди впервые потеряли работу или не смогли поехать в отпуск, — говорит Эстефания Куэро. — То есть они впервые „примерили на себя“ то, что для социально уязвимых слоев общества, например для мигрантов или людей с инвалидностями, и раньше было повседневной жизнью. Но именно в Швейцарии, в этой демократической стране, исключение таких групп социума из общественной и экономической жизни выглядит особенным контрастом».

Движущая сила
Возвращение («инклюзия») этих общественных групп в социальную и политическую жизнь общества является, с точки зрения Эстефании Куэро, центральной задачей, если только Швейцария хочет по праву называться «справедливой демократией». Но что нужно сделать, чтобы это произошло? Рецепт стар — отнять и поделить. «Люди с привилегиями должны будут поделиться с ними своими ресурсами, но при этом особой готовности к этому в Швейцарии я не вижу». Поддерживает эту идею и Сания Амети (Sanija Ameti), со-президента левого общественного движения Operation Libero. Сама себя эта организация позиционирует как «сообщество молодых людей, борющихся с популизмом, отчуждением и изоляционизмом». Недавно эту организацию потряс внутренний кризис: недостаток денег, уход лидера. Но цель этой организации остается прежней: сломать политическое доминирования правой консервативной Швейцарской народной партии. А для этого нужны яркие темы и убедительные тезисы к ним. Социальные проблемы в период пандемии? Хороший выбор! «В Швейцарии многие люди не доверяют государству, потому что они нигде в политическом смысле не представлены».

С. Амети говорит, исходя из собственного опыта: будучи адвокатом по профессии и боснийкой по происхождению, она сама пережила историю эмиграции. Последствия пандемии даже для устоявшихся демократий — в этом сегодня согласны все политические лагеря, и справа, и слева — разрушительны, а в некоторых случаях даже угрожающе критичны: скрепы сплоченности и солидарности, эти два важнейших столпа, делающих столь разнообразную Швейцарию устойчивым политическим конструктом, дают все большие трещины, несравнимые ни с чем за последние десятилетия.

Для Эстефании Куэро включение малоимущих и социально уязвимых групп населения в политические процессы — это не просто некий постулат, это еще и формат убеждения в том, что «инклюзия» есть основная движущая сила последовательной реализации обязательств, проистекающих для Швейцарии из таких документов, как «Конвенция о защите прав человека и основных свобод», а также из действующего законодательства в области защиты от дискриминации. По словам Э. Куэро, для того чтобы решить эту проблему, не обязательно повсеместно требовать введения каких-то новых правовых инструментов. «Но нам необходимо изменить перспективу. Политика должна начинаться с самых маргинализированных, самых обездоленных людей, она обязана действовать в солидарности с ними, быть с ними на одном уровне».
Другого народа у меня для вас нет
По мнению Эстефании Куэро, «сейчас в стране вместо большей «инклюзивности» наблюдается обострение проблемы неравенства, а также рост числа расистских и антисемитских проявлений. «В городе Люцерн, например, информация о людях без швейцарского гражданства, получающих социальные пособия, сразу поступает в местное миграционное ведомство. Во времена жестких ковидных ограничений и нестабильности это прямо ведет к обострению проблемы социального неравенства», — говорит Э. Куэро. Кроме того, власти не выделяют деньги на сурдоперевод в СМИ официальной политической информации, и это несмотря на то, что, по разным данным, в Швейцарии, в стране с населением в 8,6 млн человек, сейчас проживают до 1,7 миллиона людей с ограниченными возможностями и инвалидностями по слуху.

Политическая поляризация, травля в социальных сетях, раскол общества на непримиримые лагеря, шельмование и преследование инакомыслящих, будь то по проблеме прививок, климата или по иным проблемам — Сания Амети (Sanija Ameti) пережила жуткую войну в Югославии и все эти явления, приведшие к распаду Югославии и вновь проявляющиеся в Швейцарии, беспокоят ее в значительной степени. Война заставила ее в 1990-х годах покинуть Боснию и бежать в Швейцарию. Здесь ее жизнь больше опасности не подвергалась. «Недостаточная интеграция в общество и стала причиной моей политической активности в Швейцарии», — говорит она. В настоящее время Амети занимается работой в рамках кампании «Европейская инициатива», которую запустила Operation Libero.

Тем самым эта организация хочет составить конкуренцию SVP, Швейцарской народной партии, которая всегда выступала против слишком тесного привязывания Швейцарии к европейскому интеграционному проекту. Однако после решения правительства прекратить консультации с ЕС по модальностям и условиям подписания так называемого Рамочного соглашения, лево-зеленые и либеральные элиты страны в лице то же Operation Libero надеются «вернуть европейский вопрос на повестку дня». Особого успеха им не светит, народ Швейцарии как против прекращения всяких отношений с ЕС, как того требует SVP, так и против вступления Швейцарии в ЕС, как того требует молодая и левая Operation Libero. Однако, как известно, путь все, а цель ничто. Кстати, глава МИД Швейцарии уже съездил в Брюссель и получил ответ на вопрос о том, чего же от Берна хочет Брюссель. Подробнее можно прочитать ниже, но можно не читать, не отвлекаться и листать ленту дальше, Вы ничего особенного не пропустите.

Сания Амети также очень обеспокоена падением степени доверия к государству со стороны определенных групп, причем не только со стороны мигрантов. Она считает, что те, кто не доверяет государству, могут быть особенно восприимчивы к пропаганде правых популистов и их простым решениям сложных вопросов. Поэтому С. Амети предлагает две меры: во-первых, половина членов швейцарского парламента должна выбираться по жребию, а во-вторых, иностранцы, составляющие более четверти населения Швейцарии, должны получить право голоса хотя бы на коммунальном уровне. Насколько такие меры реальны?

Ни на сколько. Предложение выбирать судей Верховного суда в Лозанне жребием уже было лакмусовой бумажкой, которая явно показала — превращать политику в рулетку швейцарцы не склонны. То же самое касается избирательного права для иностранцев. На прошлом референдуме в сентябре 2021 года народ кантона Золотурн отказался вводить такое право. Досадно? Но это демократия. А другого народа у меня для вас нет.
Швейцария — бастион «антиваксеров»
Немецко-израильский политолог и профессор Гарвардского университета Яша Мунк (Yascha Mounk) оказался «разочарован недостаточной устойчивостью старых демократий перед лицом пандемии. Они сработали хуже, чем я ожидал». После выхода его монографии «Разложение демократии. Как популизм угрожает правовому государству» (2018 г., вышла на немецком языке под названием Der Zerfall der Demokratie. Wie der Populismus den Rechtsstaat bedroht), Яша Мунк стал одним из самых влиятельных голосов в глобальных дебатах о судьбах демократии.
«Демократические страны гораздо более политически расколоты и поляризованы, чем до пандемии. Одни государства в некоторых случаях даже проявляют некое злорадство по отношению к другим странам в связи с тем, что вот они вынуждены вводить свои более строгие карантинные меры, а мы такие вот мудрые, обойдемся и так. И это очень трудно вынести». Я. Мунк также обеспокоен возросшей степенью недоверия людей к правительствам и государственным структурам и институтам. Однако в этом он винит в этом не столько «фейковые новости», сколько неспособность чиновников говорить с людьми на человеческом языке и серьезно воспринимать их озабоченности.

«Когда изначально было слишком мало защитных масок, то чиновники говорили, что маски хороши для защиты персонала больниц, но что они бесполезны в борьбе с распространением вируса. Потом маски появились и все сразу стало наоборот. Учитывая такие противоречия, почему люди теперь должны теперь верить словам властей о том, что вакцинация помогает защититься от вируса. Правительства должны уметь признавать свои ошибки». Яша Мунк также считает, что проблемы у западных демократий возникли уже задолго до пандемии. Тенденция к демонтажу и сворачиванию основных гражданских прав и свобод и даже поворот к авторитарному развитию он наблюдает в западных странах уже в течение примерно 15 последних лет. Конечно, Швейцария находится сейчас на космически огромном расстоянии от превращения в авторитарное государство.
Но при этом она же она стала в Западной Европе настоящим оплотом всех противников вакцинации. Лагерь этих людей крайне неоднороден, среди них есть левые, правые, мигранты. Но их всех объединяет глубокое недоверие к правительству и парламенту как центральным институтам и структурам государства. Это мы наблюдаем и наших соцсетях. Вот типичное мнение: наш пользователь под ником Vadym Shevelinda пишет нам с нескрываемым сарказмом: «На самом деле, конечно же, правители и чиновники никогда не врали и никого не обманывали. Поэтому на самом деле недоверие к госмашине беспочвенно. Но это неточно...». Кстати, вы можете спокойно дискутировать с нами в защищенной обстановке на темы, связанные с прививками и пандемией. Загляните потом сюда, как прочтете материал до конца.

Противники вакцинации уже дважды успешно добивались проведения референдума в отношении действующего в стране антиковидного законодательства. Используя инструменты народного вето, они проиграли первое голосование в июне 2021. Второй референдум на эту же тему (премьера в истории швейцарской прямой демократии), последует 28 ноября 2021 года. В последние месяцы они едва ли не каждый четверг устраивали «марши несогласных» в Берне, но в Швейцарии право собираться мирно и без оружия священно. А решается здесь все в конечном итоге у избирательной урны.
«Я оптимист»
Роже де Век (Roger de Weck), швейцарский журналист, публицист и политолог, бывший генеральный директор ТРК SRG SSR, подразделением которой является и этот сайт, решительно оппонирует всем этим пессимистичным оценкам. «Я оптимист. Антипросветительское движение схлопывается сейчас по всему западному миру, например, в США, Германии, Франции, Италии, Австрии и Швейцарии. И это шанс для нас начать новое демократическое наступление. Но, чтобы это произошло, либеральные общества должны быть открыты для всех социальных групп». Однако и он, равно и Эстефания Куэро, считает, что нужно отнять и поделить.
«Свобода защищать свои привилегии должна быть противопоставлена свободе всех и каждого». При этом, как известно, главным вопросом любой революции является вопрос о власти, потому что чтобы отнимать и делить нужна власть. А кому реально принадлежит власть к Швейцарии? У нас на эту тему есть несколько материалов ниже, но нам интересно и ваше мнение. А что касается «инклюзии», то интересно сравнить подход Operation Libero с вот этими словами: «Вместо того, чтобы добиваться предоставления себе неких особых прав (в рамках практики affirmative action), они стали упирать на основополагающий для любой демократии принцип равенства всех граждан перед законом». О чем были эти слова и кем сказаны? Читайте в материале ниже.