Энергетический кризис показал уязвимое место Европы — The Economist

ZN,ua

В «1984» Джорджа Оруэлла комната 101 – это место, где заключенные сталкиваются со своими наибольшими страхами. Найти самую большую фобию Европы сложнее: то, что пугает европейцев на одной части континента (мигранты, Россия) может мало беспокоить тех, кто находится в его другой части. Пандемия COVID-19 стала одним из претендентов, поскольку коронавирус сделал жизнь сложной во всем мире. Другой фобией Европы является энергетический кризис на континенте. Рост цен на газ приводит к тому, что счета за отопление растут, поглощая финансы, которые европейцы сэкономили во время локдаунов. Этот кризис настолько всеохватывающий, что всем частям ЕС придется столкнуться с серьезными проблемами, пишет The Economist.

Европа вступила в зимний сезон с низкими запасами газа, используемыми для отопления домов и производства электроэнергии. Уменьшение внутреннего производства энергии в таких странах, как Нидерланды, слабый ветер, который не смог крутить ветряные турбины, как ожидалось, бум спроса в Азии, который тянет газ на Восток, проблемы на французских атомных станциях — объединились и создали дефицит.

Когда Россия не спешила помогать с дополнительными поставками газа, цены выросли. Страх перед зимними отключениями электроэнергии помогла смягчить относительно теплая погода.

Но проблема выходит за пределы счетов: для многих стран это вызывает большую неуверенность. Возьмем гордость Франции, которая сейчас председательствует в Совете ЕС. Кризис стал насмешкой над достижением блоком «стратегической автономии» – «великой идеи» президента Франции Эммануэля Макрона. То, что Европа должна быть защищена от влияния враждебных государств, звучит амбициозно, но достижение такой автономии выглядит маловероятным.

На какую автономию может претендовать Европа, когда она требует от России «щедрости», чтобы получить газ? Это неудобный вопрос в то время, когда президент РФ Владимир Путин угрожает вторжением в Украину. Если Америка ответит санкциями против России, как она обещала, то именно Европа больше всего почувствует возмездие Кремля. Неудивительно, что ЕС не имеет большого влияния на переговоры США и РФ.

Германия находится на завершающей стадии одобрения «Северного потока-2», который сделает Европу еще более зависимой от российского газа. Наибольшей экономике ЕС придется противостоять своим проблемам. Всплеск цен на энергоносители стал катастрофическим для промышленности. Это также вызвало скачок инфляции — экономического показателя, которого немцы больше всего боятся. А новое коалиционное правительство, разделенное относительно «Северного потока-2», наблюдало за закрытием трех атомных электростанций, которые могли бы пригодиться для поддержания энергобезопасности на континенте. Страна, которая считает, что разрешает кризис в Европе, теперь сама стала частью проблемы.

Двойной страх не позволяет европейцам на Севере спать в течение долгих зимних ночей. Во-первых, ЕС не сможет активно действовать против изменения климата, что волнует жителей в Нидерландах и Скандинавии. Другая проблема состоит в том, что их деньги пойдут на субсидирование Юга. Соглашение, заключенное в 2020 году для Европейского фонда восстановления от COVID-19, четко подчеркнуло эти два страха: бережливые «северяне» согласились предоставить большой пакет помощи при условии, что он будет финансировать климатические цели. Газовый кризис подрывает эту систему. Правительства таких стран, как Италия и Испания, выделяют миллиарды, чтобы помочь домохозяйствам справляться с большими счетами за коммунальные услуги, а польские шахтеры работают сверхурочно, чтобы добыть «неэкологичный» уголь.

Самый большой страх в Южной Европе – это неравномерное восстановление. Греции, Италии и другим странам было бы выгодно быстро восстановиться после кризисов. Однако большие скачки в счетах за энергоносители наносят больше вреда бедным странам. Это относится и к Восточной Европе. В этой части наибольшей проблемой стал Путин, который контролирует поставки газа, требуя ослабления позиций НАТО.

Причины нынешней энергетической нестабильности сложно свести к одному фактору, говорит Георг Захманн из аналитического центра в Брюсселе. Это оставляет достаточно пространства для определения фактора проблемы. Европейская комиссия регулирует энергетические рынки и сделала углеродную нейтральность центральным фактором энергетического будущего блока. Но такие яркие политические решения усилили нынешний кризис. К примеру, временный переход к углю для снижения цен является плохим вариантом, поскольку это требует приобретения «дорогих кредитов» ЕС на выбросы углерода, резюмирует издание.

[see_also ids="481193"]

Действия России привели к энергетическому кризису в Европе. Кроме того, РФ может изменить ситуацию, если увеличит поставки газа на треть от нынешнего уровня, и это возможно. Но она держит спотовые продажи ограниченными. Об этом заявил глава Международного энергетического агентства Фатих Бироль.

По оценкам МЭА, поставки российского газа в Европу сократились на 25% в четвертом квартале 2021 года по сравнению с прошлым годом и снизились на 22% по сравнению с допандемическим уровнем.

Бироль отметил, что РФ сокращает поставки газа в Европу, в то время как другие поставщики, такие как Норвегия, Алжир и Азербайджан наращивают их.