В Мелитопольском районе оккупанты «нашли» боеприпасы у автобусной остановки (фото)

На четвёртом году оккупации Мелитопольщины российские силовики продолжают публиковать однотипные отчёты о «найденных схронах с оружием».

Очередной «успех» оккупационной полиции зафиксирован в Акимовке, где во время дорожных работ возле автобусной остановки рабочие якобы обнаружили подозрительные предметы. Как сообщили в оккупационном управлении МВД, на месте были изъяты тротиловая шашка весом 200 граммов и три запала к ручным гранатам.

три запала для ручных гранат, якобы найденные при дорожных работах. фото пропагандистские ресурсы

Боеприпасы якобы передали для уничтожения, а жителей в очередной раз «предупредили» о необходимости сообщать о любых находках.

скрин пропагандистские ресурсы

Однако такие истории становятся все более сомнительными. Это далеко не первый подобный случай. За последние месяцы российская полиция регулярно «обнаруживает» тайники — то в заброшенных домах, то в лесополосах, то прямо у дороги При этом регион находится под плотным контролем военных и спецслужб РФ, а все перемещения людей и техники тщательно отслеживаются.

От редакции На фоне тотальной фильтрации и постоянных проверок представить,

что кто-то тайно завозит боеприпасы в оккупированный Мелитопольский район, выглядит, мягко говоря, абсурдно. Такие находки играют чисто пропагандистскую роль — поддерживать иллюзию «активной борьбы с диверсантами» и держать местное население в страхе. По сути, это постановочные отчёты, призванные показать, будто российские силовики контролируют ситуацию, хотя на деле контроль над территорией ускользает. Всё чаще подобные эпизоды выглядят нелепо.

Недавно в селе Любимовка российские военные задержали 15-летнего подростка Александра Борисенко, обвинив его в хранении боеприпасов, якобы найденных на чердаке сарая.Местные жители уверяют, что взрывчатку оставили сами же военные, которые ранее жили в доме семьи. Таким образом, оккупационные структуры фактически сочиняют «диверсантов» и «вражеские схроны», чтобы имитировать бурную деятельность и оправдывать усиление репрессий. В условиях деградации оккупационной системы, внутренней конкуренции между ведомствами и роста недоверия среди населения, эти «постановочные находки» превращаются в рутину — дешёвый спектакль для отчётности перед Москвой.