Поздно вечером в субботу 13 ноября 2021 года саммит COP26 одобрил, наконец, текст итогового Соглашения по климату. Решение прекратить субсидирование ископаемого топлива, полностью отказаться от угля, защитить уязвимые мировые сообщества и выполнить обязательства по финансированию борьбы с изменением климата в размере 100 млрд долларов ежегодно, оставили разочарованными многих делегатов Саммита, включая Швейцарию.
Перевод с английского: Игорь Петров.
С опозданием на день представлявший Британию президент климатической конференции Алок Шарма (Alok Sharma) стукнул своим молотком по кафедре, обозначив момент окончательного принятия участниками саммита пакета документов, призванных проложить дорогу к реализации положений Парижского соглашения, завершив тем самым Саммит, который многими был назван «последним шансом». Но, наверное, самое интересное разыгралось в заключительные часы и минуты переговоров в комитетах и комиссиях, по итогам которых буквально перед самым началом заключительного пленарного заседания Саммита на трибуну вышла министр окружающей среды Швейцарии Симонетта Соммаруга.
В своем выступлении она выразила свое «глубокое разочарование», поскольку «согласованные нами формулировки по субсидиям на уголь и ископаемое топливо были еще больше разбавлены в результате совершенно непрозрачных закулисных маневров. Ранее согласованную формулировку „постепенный отказ“ (phasing out) каким-то странным образом заменила формулировка „постепенное сокращение“ (phasing down) масштабов использования угля». Английский язык и в самом деле, он такой язык, одна маленькая частичка порой способна изменить если не всё, то очень многое, с учетом того, что вопрос характера поэтапного отказа от субсидирования ископаемого топлива оставался одним из самых острых на протяжении всего саммита.
И все-таки, даже несмотря на такие маневры, ставшие итогом давления со стороны Индии, Китая и США, само по себе это соглашение уже создало важный прецедент, включив в итоговый текст упоминание основных загрязнителей атмосферы и так или иначе, но очень важный тезис о том, что «неэффективные субсидии, выделяемые на поддержку разведки и добычи ископаемого топлива и угля должны быть постепенно сокращены (inefficient fossil fuel subsidies and unabated coal are to be phased down)».
Симонетта Соммаруга откровенно сообщила так же, что на одном из предыдущих заседаний делегатам со стороны Швейцарии явно было сказано, что такие изменения в проекте текста заключительного заявление не будут приняты без хотя бы какого-то решения по рынку квот на выбросы углерода и без решения проблемы двойного учета итогов зарубежных «зеленых проектов». После продолжительных аплодисментов, последовавших за ее заявлением, ряд других глав делегаций поддержали швейцарского министра и тоже выступил в защиту предыдущего, более жесткого текста по ископаемому топливу. Позже Алок Шарма публично извинялся «за то, как шел весь этот процесс».
От индивидуальных обещаний к международным обязательствам
Напомним, двухнедельная конференция по климату открылась серией актуализированных обязательств и обещаний отдельных групп стран по таким параметрам, как сокращение объемов вырубки лесов, выбросов метана и использования угля. Однако перед делегатами из 197 стран, собравшимися в Глазго, стояла совсем другая задача, а именно, необходимо было согласовать четкие правила, которые не позволят в итоге глобальному потеплению превысить 1,5 градуса Цельсия по сравнению с доиндустриальным уровнем (1800 год), так, как это и было предусмотрено Парижским соглашением по климату, подписанным в 2015 году. В итоге окончательный текст решения конференции в Глазго представлял собой компромисс, который, несмотря на все его недостатки, страны все же должны были взять с собой домой, чтобы наглядно показать избирателям , что для борьбы с климатическим кризисом необходимы куда более решительные, чем раньше, действия.
Симонетта Соммаруга,
выразив свое разочарование на пленарном заседании, уточнила потом, что даже после изменений, касающихся угольных субсидий, «Группа экологической целостности» (Environmental Integrity Group, инициирована Швейцарией во время переговоров по Киотскому протоколу в составе Ю. Кореи, Мексики, Лихтенштейна, Монако, Грузии и самой Швейцарии) не хотела рисковать и покинуть в итоге Глазго вообще без какого-либо соглашения.
Соглашение по углеродным рынкам
Напомним, что после неудачного завершения последнего климатического саммита в Мадриде Швейцария начала действовать в двустороннем формате и на данный момент уже подписала с несколькими развивающимися странами билатеральные соглашения о компенсации выбросов углерода, опираясь при этом на руководящие принципы, изложенные в Статье 6 Парижского соглашения. Эти соглашения включали в себя гарантии уважения прав человека, но также они помогали избегать двойного зачета объемов компенсированного СО2 в рамках системы торговли квотами на выбросы парниковых газов. Такая система позволяет компаниям, правительствам и частным лицам нивелировать воздействие своих выбросов путем инвестирования в «зеленые проекты» в соответствующих странах. Установление же четких руководящих принципов для реализации таких схем было в Глазго для Швейцарии одним из ключевых вопросов.
На COP26 Берн представил принципиальную схему таких соглашений,
уже реализованную на практике, например, в отношениях с такой страной, как Грузия, настойчиво добиваясь, чтобы в итоговом тексте Саммита в части углеродных рынков и торговли квотами на выбросы были отражены предложенные Швейцарией довольно жесткие общие условия. В итоге швейцарская делегация и все члены Environmental Integrity Group, хоть и остались в целом довольны принятыми компромиссными правилами, но они опять де выразили «сожаление» по поводу отсутствия в рамках консультаций и обсуждений необходимой степени прозрачности и «инклюзивности» (чрезвычайное модное сейчас слово).
Курирующий оперативный представитель Швейцарии на переговорах по климату Франц Перрез (Franz Perrez) сообщил порталу SWI swissinfo.ch, что вопрос двойного учета оставался актуальным и что многие предложения, внесенные в рамках дискуссий, позволяли в итоге все же вести такой нечестный «двойной учет». Предложение Швейцарии, которое было в итоге отклонено, предусматривало, например, порядок, в рамках которого частная фирма, попытавшаяся компенсировать выбросы без «соответствующих корректировок в своей деятельности»,
получала бы только справку о «поддержке» соответствующих процессов, но не настоящий «сертификат», подтверждающий факт реального снижения данным предприятием своих выбросов. «Таким образом, в итоговом тексте была предусмотрена некая лазейка, и это не идеально, но мы надеемся со временем исправить этот недочет», — указал Франц Перрез.
Африканский саммит
В итоговом соглашении, принятом в Глазго, также выражается «тревога и крайняя озабоченность» тем, что деятельность человека уже привела к повышению средней температуры воздуха на планете на 1,1 градуса Цельсия по сравнению с доиндустриальным периодом. В докладе вашингтонского «Института мировых ресурсов» (World Resources Institute), в котором рассматриваются обязательства стран по сокращению выбросов углекислого газа, принятые в преддверии Глазго, подсчитано, что при условии их реализации все равно мы будем иметь повышение средней глобальной температуры на 2,4 градуса Цельсия выше доиндустриального уровня, что намного выше 1,5 градусов Цельсия, согласованных в Париже.
В пятницу 12 ноября 2021 года министр по вопросам климата островного государства Тувалу Севе Паениу (Seve Paeniu) заявил делегатам о том, что «необходимы решительные действия, поскольку многие государства, такие, например, как моя страна, уже испытывают на себе последствия изменения климата в полной мере. Мы уже буквально тонем». Принятое в Глазго Соглашение предусматривает, тем самым, общее сокращение выбросов CO2 к 2030 году на 45% по сравнению с 2010 годом и переход к полной углеродной нейтральности мировой экономики к 2050 году. Ранее десятилетние целевые нормы теперь будут обновляться каждые пять лет, и это был еще один пункт, по которому существовали заметные разногласия. Китай, например, выступал за сохранение десятилетних интервалов. Рабочая группа, созданная для поиска компромиссного выхода из тупика, работала под совместным председательством Швейцарии и Руанды.
Несмотря на то, что сформулированные в 2009 году обязательства по финансированию борьбы с изменением климата в размере 100 миллиардов долларов ежегодно до сих пор остаются невыполненными, текст соглашения, принятого в Глазго, «призывает» развитые страны достичь этой цели к 2025 году и даже удвоить данное финансирование, дабы помочь наиболее бедным странам быстрее адаптироваться к негативным последствиям изменения климата. Организации, реально работающие на местах с затронутыми странами и сообществами, уже выразили обеспокоенность по поводу того, что содержится в итоговом соглашении, подписанном по итогам COP26.
Об этом нам рассказал Мельхиор Ленгсфельд (Melchior Lengsfeld),
исполнительный директор швейцарской благотворительной НПО Helvetas. По его мнению, «на протяжении уже многих лет наиболее уязвимые страны призывают к компенсации результатов воздействия негативных последствий изменения климата, вызванных крупными эмитентами, но такие страны, как США, последовательно выступают против создания соответствующих ресурсных фондов. Развитые страны упорно не хотели включать упоминание об этом факте в текст итогового заявления. И все равно ясно, прежде чем страны, непосредственно пострадавшие от негативных последствий изменения климата, получат свои деньги, пройдет еще очень много времени».
Мохаммед Адоу (Mohammed Adow), директор кенийского аналитического центра Powershift Africa, сказал, что текст документа, принятого в Глазго, можно сравнить с деятельностью страховой компании, «которая оплачивает факт пожара, не возмещая при этом стоимость сгоревшего дома». Фернанда Карвальо (Fernanda Carvalho), менеджер организации WWF, сказала, что она надеется, что «под председательством Египта на КС27, запланированной на следующий год, можно будет добиться дальнейшего прогресса в этом направлении. Это будет африканская Конференция сторон, потому что изменение климата — это одновременно и глобальный вопрос, но это также и африканская проблема. Это срочный вопрос, решать который следует также в срочном порядке».
