Скоро пройдет год, как было введено ограничение цены на российскую нефть. Чего удалось достичь
Механизм ограничения цен на нефть преследовал двоякую цель: снизить доходы России от экспорта нефти при сохранении российского предложения на рынке. В последние месяцы Россия систематически продаёт свою нефть по цене выше ограничительного уровня в шестьдесят долларов за баррель, поскольку цена нефти марки Brent приблизилась к ста долларам за баррель. Но все еще можно утверждать, что ограничение снизило среднюю цену барреля российской нефти, даже в условиях роста мировых цен, таким образом снизив доходы Москвы. Последние отчеты о значительных налоговых поступлениях ставят под сомнение то, как долго может это продолжаться.
Кроме того, что Запад должен сделать для устранения очевидных пробелов в правоприменении, он также сталкивается с коммуникационной проблемой. За последние недели и месяцы на первых полосах изданий появилось множество заголовков вроде «ограничение цены не работает». Трудно не согласиться с тем, что эта политика не в состоянии удержать покупателей российских баррелей от уплаты сверх шестидесятидолларового предела,
установленного в декабре прошлого года. Но западные политики больше сосредоточены на том, какой ущерб несет российская экономика, и считают, что лучше оценивать ее под этим углом зрения, чем то, работает ли этот сложный механизм ограничения цен на самом деле.
Россия потеряла более $47,3 млрд с момента введения ценового потолкаСогласно оценкам GeoEconomics Center Atlantic Council, Россия потеряла более $47,3 млрд дохода от экспорта нефти с момента введения ограничения цены. Это, согласно таможенным данным, более половины от $88,3 млрд, которые Россия заработала на экспорте сырой нефти за тот же период. Это не свидетельствует о неудаче. Скидка, с которой российская нефть уже продавалась по сравнению с мировыми ценами, была закреплена верхним пределом. Даже после того, как в сентябре средняя цена российского барреля пробила верхний предел, дисконт на рост мировых цен сохранился.
Пока что попытки Запада ужесточить правоприменение были осторожными, что свидетельствует о том, что приоритет сохранения российской нефти на рынке остается по крайней мере таким же важным,
как и ограничение доходов. Первые санкции, введенные Министерством финансов США в связи с ограничением цен на нефть в октябре, были относительно малозаметными: только два новых пункта касались фирм, базирующихся за пределами коалиции стран, которые ввели это ограничение. Предоставленное обоснование заключается в том, что фирмы использовали американские услуги (предположительно, страхование) для поставок, которые не соответствовали установленным лимитам. Политики в США говорят, что эта первая попытка применить санкции за обход лимита должна служить сдерживающим фактором и что позже может быть определен более длинный список организаций. Ожидается, что следующий пакет санкций Европейского Союза (ЕС) — двенадцатый — также будет включать меры против обхода ограничения цен.
Но по мере того, как все это продвигается вперед, тем, кто пытается понять, что будет делать Запад, следует меньше обращать внимание на рассказы о том, «работает» ли очень сложный механизм. Вместо этого они должны сосредоточиться на том, как политики балансируют между двумя приоритетами: удержать российскую нефть на рынке и, таким образом, ограничить рост цен, оказывая при этом хотя бы какое-то влияние на доходы России.
Перевод NV
NV имеет эксклюзивное право на перевод и публикацию колонок Atlantic Council. Републикация полной версии текста запрещена.
Оригинал
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди NV
