Ныне осталось не так уж много людей, помнящих Никопольщину до затопления обширной территории Днепровских плавней огромным Каховским водохранилищем. Остров Британ, река Скарбная, озеро Павлюк, Паныдино урочище, Кондратова круча… Эти названия уже ничего не говорят никопольчанам, родившимся в окружении пятиэтажек, с детства привыкшим к отдыху и рыбалке на берегу рукотворного моря.
Да и практически все они, многочисленные реки, острова и урочища, давно сокрыты от глаз людских его водами, а еще оставшиеся — до неузнаваемости изменены, перекопаны и застроены интенсивно осваивавшими наши края людьми. Память о них хранят лишь старинные карты и легенды, бережно записанные еще в конце ХІХ-начале XX веков собирателем народного фольклора Яковом Новицким, известным историком Дмитрием Яворницким, писателем Андрианом Кащенко и многими другими исследователями.
Еще в студенческие годы, познакомившись с их работами, я решил посетить наиболее загадочные места Никопольщины, связанные с народными преданиями. И хотя большинство таких мест, по вполне понятным причинам даже при очень большом желании уже не посетишь,
в некоторых сохранившихся таинственных уголках мне все же удалось побывать. Об одном из них сегодня и пойдет речь.
ПОТЕРЯВШИЕСЯ ВО ВРЕМЕНИ В легендах многих народов Европы и Азии присутствует сюжет об удалом воине-богатыре, отправившемся однажды в странствия, невесть как очутившемся на безлюдном диковинном острове и заснувшем там беспробудным сном. Далее обычно ничего особенного не происходит — добрый молодец спокойно просыпается, протирает глаза, вспоминает о каком-нибудь позабытом важном деле и торопится возвратиться домой. Тут-то и начинаются самые настоящие чудеса!
Прибыв в родные края, он с трудом узнает их, а многие повстречавшиеся по пути люди кажутся ему незнакомыми. Вскоре богатырю становится известно, что его родители давно умерли, братья и друзья погибли на некогда бушевавшей здесь войне, а красавица-невеста стала седой старухой. И далее он с ужасом узнает, что, оказывается, пробыл и проспал на диковинном острове… «долгих тридцать лет и три года».
И тут уж совсем не постаревший и полный сил богатырь совсем растерялся и никак не может понять, как он мог отсутствовать дома так долго,
если даже часть взятых с собой в «долгий путь припасов не использовал». В некоторых подобных сказаниях вместо диковинного острова фигурируют ущелье, долина, лес или даже раскидистый дуб у дороги, но неизменно всюду речь идет о неких «нехороших» местах, где наблюдаются так называемые «провалы времени». Любопытно, что такие загадочные места зачастую располагались не только в сказочном, но и в реальном мире.
В древние и средневековые времена их бывало даже отмечали на картах. И поныне они, по сообщениям исследователей аномальных явлений, есть едва ли не в любом уголке земного шара. Старинные народные легенды повествуют и об одном из таких мест на территории современной Никопольщины — недалеко от границы Никопольского и Апостоловского районов.
Около 5 000 лет назад здесь появились первые курганы, сооруженные скотоводческими кочевыми племенами' бронзового века. Местность на возвышенном речном водоразделе показалась им идеальной для размещения погребальных и культовых сооружений, правда о том, какими именно критериями руководствовались племенные старейшины и жрецы при ее выборе,
никому доподлинно не известно.
Не исключено, что им были известны и такие тайны этого мира, о которых современная наука еще практически ничего не знает. Как бы там ни было, но пришедшие много веков спустя в наши степи скифы также заприметили эти места. Свои курганы они расположили чуть поодаль от предшественников вытянутой цепочкой, состоящей из «степных пирамид» различной величины.
Во времена тюркоязычных кочевников недалеко от курганов, выполнявших нередко еще и функции ориентиров, а также специальных разграничительных знаков, прошла дорога, по которой степные кочевники перегоняли свои стада. У скитальцев степей эта местность пользовалась нехорошей славой, поэтому здесь они старались надолго не задерживаться. Если ночь грозила застать их в окрестной долине — лихорадочно торопили повозки и подгоняли лошадей, дабы до захода солнца успеть миновать «пристанище злых духов».
На ночлег тут не останавливались и костров тоже не жгли, боясь привлечь внимание темных сил. В те незапамятные времена на перекрестке дорог якобы и возник камень со странной предостерегающей надписью «Барса — Кельмес» (пойдешь — не вернешься).
Татары верили, что здесь не властно время. А поэтому, особенно в сильный туман, вполне можно заблудиться и уже никогда не найти дороги домой. Не жаловали это проклятое место и запорожцы — их дозоры всегда старались проезжать их молча, читая при этом особые молитвы про себя, прося пресвятую Богородицу и небесных покровителей о заступничестве.
Сам Иван Сирко, не раз водивший казаков в походы на Крым, якобы всегда трижды осенял себя в здешних местах крестным знаменем. Оттого, как верили многие, ему и везло в битвах с мусульманами! А вот мечтавший уничтожить ненавистную ему сечь турецкий визирь Кара-Мустафа, не вняв советам сопровождавшего его крымского хана, желая сократить путь, повел своих отборных янычаров прямо через «Барса-Кельмес». За это будто бы высшие силы и покарали его.
В прочем, традиция приписывать историческим личностям сверхъестественные способности, объяснять их победы и поражения вмешательством потусторонних сил, существовала в те годы, как у мусульман, так и у христиан. После русско-турецкой войны 1835-1739 годов между находящимися возле «Барса-Кельмес» древними курганами проходила граница между христианским (Российская империя,
область Войска Запорожского) и исламским (Крымское ханство, Османская империя) миром.
По некоторым сведениям, солдаты правительственных войск и запорожцы еще застали стоявший на пересечении дорог камень со странной надписью (по некоторым рассказам он простоял вплоть до начала XIX века). Поселенцы, давно раскопавшие дикие степи вокруг, долго не решались добраться до проклятого места.
Поговаривали, что в отдельные годы там пропадала заблудившаяся скотина. Исчезновение людей в этой округе обычно также связывали с «Барса-Кельмес». Ходили разговоры о том, что во время грозы со стороны древних курганов будто бы доносились звуки, похожие на звон мечей, ржание коней и женский плач. Охватившая Никопольщину во второй половине XIX века «золотая лихорадка» их практически обошла стороной.
Видимо в рассказы о злых духах ночные копатели тогда еще верили. Лишь в 70-Х-80-Х годах XX века некоторые из расположенных здесь скифских «степных пирамид» и два кургана-«бронзовика» исследовали археологи. Во время учебы в институте мне довелось побывать на практике недалеко от того места,
где находился загадочный «Барса-Кельмес».
Местные жители, в основном рабочие одного из горно-обогатительных комбинатов, относились к приезжим студентам довольно хорошо. Однако народными легендами почти никто из них не интересовался. Как знать, вполне возможно эта практика так бы и осталась ничем не примечательной, но случай свел меня с человеком, однажды оказавшимся свидетелем необъяснимого происшествия в окрестностях того самого проклятого места.
«СТРАННАЯ» ГРОЗА Проработавший на ГОКе более двадцати лет Павел сначала показался мне человеком не очень общительным, но мои расспросы о курганах и связанных с ними легендах заметно оживили его. Вскоре мой собеседник, изрядно приободрившись, уже вовсю рассказывал о местных достопримечательностях и связанных с ними случаях.
И хотя абсолютно ничего нового и необычного он не сообщил, я все же слушал внимательно, старательно делая в блокноте необходимые пометки, чем, видимо, и завоевал его расположение. Наконец, окончательно переборов в себе все сомнения и нерешительность, Павел заговорил о давно интересовавшем меня месте,
поведав о таинственной истории, произошедшей с ним и его другом летом 1965 года.
У местных подростков, живших в поселке, к тому времени еще окончательно не слившимся с городом, существовало излюбленное место для купания, путь к которому занимал 35 минут и проходил мимо древних курганов (недалеко от того самого места, где располагался «Барса-Кельмес»), В то утро друзья, как и обычно, вышли из дома около девяти часов, без приключений добрались до речки, расположились на её берегу, окунулись в дарившую спасение от летнего зноя слегка прохладную воду.
Вскоре погода испортилась — набежали серые тучи, послышались гулкие раскаты грома, начал накрапывать дождь. Сокрушаясь об испорченном отдыхе, быстро собрав вещи, ребята заторопились в обратный путь. Часы на руке приятеля Павла шли исправно и к тому моменту показывали 11 часов 10 минут (почему обращается внимание на данное обстоятельство станет известно чуть позже). Дождь становился все сильнее, переходя в настоящий ливень. Возле древних курганов вовсю бушевала гроза. Промокшие до нитки друзья решили переждать ее,
спрятавшись под ближайшим деревом.
Нет, ничего «особенно такого» они не слышали: ни звона мечей, ни ржания коней, ни женского плача… По правде говоря, легенды о проклятом месте они оба услышали лишь много лет спустя. Местность вокруг также не выглядела необычной — курганы, вытянутая балка с почти высохшей еще до начала лета травой, искусственная посадка, состоящая из низкорослых акаций и каких-то кустарников — такие пейзажи были хорошо знакомы им с самого детства.
Гроза, между тем, начала стихать, а тучи на небе рассеиваться. Непогода, как им показалось, длилась совсем недолго — менее часа. Обычно летние грозы в наших краях не бывают долгими. Выбравшись из-под укрытия зеленой листвы, ребята отправились домой довольные тем обстоятельством, что смогут вернуться еще до начала обеда. На обратном пути они больше нигде не задерживались.
Да и сам путь не показался им непривычно долгим. Жили друзья по соседству, поэтому первое, что им бросилось в глаза, были встревоженные лица матерей, обеспокоенных их длительным отсутствием. А затем последовали длительные упреки по поводу того,
где можно шляться весь день. Ничего не понимая, друзья переглянулись, ведь по их собственным расчетам домой они должны были прийти еще до обеда.
И тут они с удивлением узнали о том, что уже… около семи вечера, что отец Павла давно пришел с работы и уже собирался отправиться на их поиски. Ища оправдание, друг Павла посмотрел на часы, которые все также монотонно тикали у него на руке, и остолбенел, так и оставшись стоять с открытым ртом. Они показывали… половину второго! Неужели кто-то таинственный взял да и украл больше пяти часов их жизни?
Но такой ответ вряд ли показался бы родителям правдоподобным. Пришлось молча выслушивать их укоры и просить извинения. На следующий день друг Павла на всякий случай решил проверить свои часы у мастера. Часы оказались исправными! Ребята расспросили всех знакомых о том, когда началась и закончилась гроза трижды, фиксируя каждую минуту, прошли от дома к реке и назад, но вопросов становилось все больше и больше. А, может быть, они и вправду тогда… потерялись во времени?
Завершив рассказ, Павел поинтересовался моим мнением по поводу данной истории, на что мне оставалось лишь развести руками. О знаменитом Бермудском треугольнике и прочих подобных явлениях я тогда уже многое слышал, но чтобы подобное творилось в нашей местности… Похоже, многочисленные легенды о «Барса-Кельмес» и впрямь возникли не на пустом месте.
