На днях в Одессе в очередной раз сменился прокурор области, что породило волну обсуждений о том, что это означает в плане усиления или ослабления той или иной группы влияния. Ведь сегодня ни у кого не вызывает сомнения факт, что прокурор — важная фигура. НОВОСТНИК подготовил небольшой обзор о том, какие «силовые» и контролирующие структуры действовали в Одессе до революции 1917 года, и насколько они могли претендовать на какое-то влияние.
Функции, которые сегодня исполняют милиция, СБУ, прокуратура, в дореволюционной Одессе находились в ведении полиции, жандармского управления и органов прокурорского надзора. Хотя функции этих ведомств местами пересекались, несколько упрощенно можно сказать, что полиция контролировала уголовный мир, а жандармы — все, что относилось к политической сфере.
Жандармы: политический сыск и железная дорога В Российской империи Жандармский корпус под управлением графа Александра Бенкендорфа был сформирован в 1827 году в составе около 4000 человек и с тех пор до 1917 года постоянно увеличивался. До положения 1880 года жандармские округа подчинялись III отделению Собственной Е.
И. В. Канцелярии, а когда ее упразднили — контроль перешел к министру внутренних дел. Таким образом, все дореволюционные «силовики» оказались подчинены одному министерству — лишь задачи структур отличались.
«Жандармские дивизионы и городские конные команды (в Одессе) предназначаются для выполнения обязанностей полиции исполнительной (по призыву гражданских властей), например: для рассеяния законом запрещенных скопищ, для усмирения буйства и восстановления нарушенного порядка, для охранения порядка на парадах войск, пожарах, ярмарках, народных гуляньях, всякого рода публичных съездах и проч. Обязанности прочих частей корпуса Ж. заключаются: в обнаружении и исследовании государственных преступлений; в охранении внешнего порядка, благочиния и общественной безопасности в районе железных дорог; в осмотре паспортов в некоторых портах и пограничных местах Империи;... - сообщает словарь Брокгауза и Эфрона.
Интересно также, что жандармам был поручен контроль над железными дорогами — в силу их важности для того времени. Представление о том, чем занимались одесские жандармы в указанный период,
можно получить из очерка дел, хранящихся в Центральном госархиве Украины, Фонде № 385. А фонде хранится 3339 дел периода 1839-1917 годов. Тут — политический надзор в чистом виде: «Предписания, донесения и переписка об изъятии из продажи произведений Т.Г.Шевченко (1847г.), наблюдении за тайными кружками и обществами,... за появлением в Одессе газеты "Колокол" и книг, изданных за границей в типографии А.И.Герцена (1856-1860гг.), об обыске Ф.М. Достоевского при его возвращении из-за границы (1866г.)...Предписания об усилении наблюдения за южными и западными границами России и иностранными подданными, проживающими в Одессе, в связи с ростом национально-освободительного движения в Польше, Молдавии, Валахии, Болгарии, Греции (1844-1849гг.)".
С начала 1900-х годов следует бесконечный поток дел об участии одесситов в тайных организациях, распространении прокламаций и так далее. Именно с тех лет в народе укрепилось устойчивое негативное отношение к жандармам, усиленное затем революционерами и, еще позже, советскими писателями. Само слово «жандарм» стало почти ругательным,
а между тем и сегодня в ряде стран и прежде всего во Франции такие соединения существуют и эффективно работают, правда, все более сосредотачиваясь на экономической сфере.
Некарикатурные полицейские Что касается полиции, то о ней написано немало, и особо распространяться вряд ли имеет смысл. Отметим разве что один нюанс. После прочтения, например, рассказов Исаака Бабеля одесские полицейские кажутся персонажами анекдотов.
Скорее всего, это потому, что работать им приходилось с крайне колоритными личностями из местного уголовного мира. А это был практически Клондайк криминальных талантов. Достаточно сказать, что тогда насчитывалось более 30 воровских специальностей (все эти циперы, майданщики, марвихеры и т.д), расположенных на разных уровнях уважения в своей среде.
О плотности криминала «на квадратный сантиметр» в Одессе говорит хотя бы тот факт, что к 1917 году в Канцелярии одесского полицмейстера хранилось 40 (по другим данным — 50) тысяч дел. Это при том, что население города составляло лишь немногим более 400 тысяч человек.
Так вот, несмотря на карикатурный имидж служителей закона того времени,
известно, что полиция работала довольно эффективно, а иногда — очень эффективно. Залогом такой эффективности была плотная "работа с населением". А дворники просто были обязаны сотрудничать с полицией.
С портретами и биографиями полицмейстеров Одессы можно ознакомиться, например, в Музее милиции на Еврейской,14. Отметим, что одним из них был полковник Яков Бунин, родственник писателя Ивана Бунина.
Какая коррупция?
Тот факт, что важную роль в становлении Одессы сыграла завуалированная взятка, не мог не отразиться на судьбе города Были и органы прокурорского надзора, правда их роль, насколько можно судить, на протяжении всей дореволюционной истории Одессы была не особенно велика. Прокурор осуществлял общий контроль за соблюдением законности и от времен Петра І назывался «оком государевым». Представители прокурора — губернские стряпчие — должны были присутствовать на судах. О всех замеченных злоупотреблениях и беспорядках губернский прокурор обязан был немедленно доносить губернскому начальству, а в некоторых случаях и министру юстиции.
Особенностью прокуратуры в РИ стало то,
что ее функции и возможности со временем уменьшились. Дело в том, что до судебной реформы 1864 года у прокурорских была функция прокурорского надзора, а после реформы ее отобрали, оставив лишь поддержание в суде гособвинения. О недостатках такого изменения сокрушался в свое время знаменитый адвокат Анатолий Кони.
Что касается общественного положения «силовиков» тех времен, то известно, например, что жандармы в силу своего отношения к политике находились в более привилегированном положении, чем полицейские.
Правда, сведений о том, чтобы «контролеры» политического и уголовного мира пользовались своей безнаказанностью, обнаружить не удалось: нет информации о том, чтобы, например, племянник жандармского поручика, катаясь в нетрезвом виде на служебной лошади дяди, сбил на перекрестке обывателя, а потом угрожал ему неприятностями. Или чтобы брат прокурора, пользуясь высоким положением родственника, открыл сеть киосков по продаже табаку без документов.
В то же время, по сведениям из книг того времени можно судить, что коррупция в среде госслужащих того времени была, и время от времени расцветала пышным цветом.
Не исключено, что недостаток информации о коррупции в среде прокурорских, полицейских и жандармских служащих просто не могла попасть в прессу. Просто потому что такие сведения не пропускались цензурой. Но вот можно сказать определенно, что самостоятельное политическое влияние руководителей силовых и контрольных ведомств было очень ограниченным, из-за высокой степени централизации государства.
