— Моей дочери нужно срочно где-то перебыть! Татьяну регулярно бьет муж, она молчит и терпит, — с тревогой в голосе сообщила женщина, еще вчера уверявшая, что во всех проблемах человек виноват сам. — Я обратилась в реабилитационный центр на ул. Гагарина, мне сказали, что это будет стоить 4 тысячи гривен и за Татьяной сами приедут. Я боюсь, что делаю что-то не так. Но дочку надо изолировать от этого тирана… Не навредитьТатьяна не имеет вредных привычек, не страдает алкоголизмом и уж тем более не имеет наркотической зависимости. Тут, как говорится, драма семейная. Но есть маленькое «но». Татьяна в свои 33 года ждет первенца. Возвратиться в дом матери категорически не желает. У той в однокомнатной квартире свито новое гнездо «новой жизни». Заниматься поиском истоков архетипов, таких как «бьет — значит любит» — не цель данной статьи. Моей задачей было найти временный приют для Татьяны, дать «улечься семейным страстям», а в дальнейшем предоставить разруливание ситуации семейному психологу. При первом же обращении к частному психоаналитику Татьяна поняла, что ей такое удовольствие не по карману.
Поиск приюта для женщин, попавших в непростую жизненную ситуацию, тоже оказался долгим.Журналистов нередко приглашают на различного уровня тренинги, организованные общественными организациями, которые живут на международные гранды. Коммерческая тайна их существования тоже не тема данной публикации. Но мне невольно вспомнилось обучение на такого рода тренингах, потому как там все было действительно красиво. Глянцевые издания буклетов с телефонами и адресами, куда можно звонить и обращаться, если вы попали в нестандартную жизненную ситуацию, эрудированные тренеры, демонстрация роликов, где усталые от жизни женщины, нередко со следами насилия на лице, в уютных и чистых приютах рассказывают о тиранах-мужьях. Вооруженная до зубов информацией, телефонами и буклетами с красочными описаниями методов борьбы с семейным насилием, я, увы, так и не смогла помочь Татьяне.Приютов для людей, ставших жертвами насилия, в Харькове нет Начальник отдела стационарных учреждений и организаций социального обслуживания Главного управления труда и социальной защиты населения ХОГА Надежда Горбатовская подтвердила,
что в Харьковской области нет приютов для женщин, пострадавших от насилия в семье.Аналогичную информацию я получила на свой запрос и из Городского управления труда и соцзащиты. Позвонив по телефону «горячей линии» 0-800-50-03-35 (бесплатно для звонков со стационарных номеров телефонов) и 386 для абонентов «Киевстар», «Лайф» и МТС, также услышала подтверждение, что центра социально-психологической помощи для жертв насилия в семье в Харькове и области нет, зато таковые есть в ближайших областях, в городах Сумы и Донецк. — Из крупных городов Украины только в Харькове нет центра социально-психологической помощи и, соответственно, приюта, где люди могли бы пережить некоторое время трудную ситуацию, — пояснил консультант. — В Киеве в приют вас не возьмут без прописки. Возможно, получится устроиться в ближайших областях.В донецком Центре социально-психологической помощи не отказали, но посоветовали обратиться в местный областной центр социальной службы семьи, детей и молодежи.— В любом случае, если человек обратится к нам за помощью, мы будем связываться с местным управлением труда и социальной защиты населения,
брать от них перенаправление, — пояснил консультант донецкого Центра социально-психологической помощи. — Когда мы принимаем нуждающихся в центр, мы не требуем, чтобы человек, ставший жертвой насилия в семье, подавал заявление в милицию. Попробуйте еще обратиться в женский правозащитный центр «Ла Страда»— Я звонила в Киев на телефон Международного женского правозащитного центра «Ла Страда», — рассказывает Татьяна. — Обратила внимание на то, что адрес указан как почтовый ящик, и попросила реальный адрес какого-либо приюта по Украине от «Ла Страды». Но мне пояснили, что «Ла Страда» оказывает только информационную помощь.В областной организации «Жіноча громада» тоже не помогли. Ольга Билецкая, руководитель областной организации международной организации «Жіноча громада» рассказала, что полностью разделяет тревогу по поводу того, что в Харькове и области нет приюта ни для жертв гендерного насилия, ни для пострадавших от торговли людьми.— Человеку, попавшему в беду, некуда идти. Мы всячески привлекаем журналистов к данной проблеме. Мне известно, что президент Международного правозащитного центра «Ла Страда — Украина» Екатерина Левченко беседовала с губернатором Михаилом Добкиным,
и, насколько мне известно, в вопросе открытия приюта были достигнуты определенные договоренности. Когда к нам обращаются люди за помощью, мы в силу различных причин не можем рекомендовать жертве насилия обращаться в те или иные приюты по реабилитации и т.д. Деятельность таких приютов во многом «темный лес», а наша задача – не навредить, а помочь.Специалист Харьковского областного центра социальных служб семьи, детей и молодежи Александр Полянский пояснил, что приют в области все-таки есть, но он имеет узкую направленность.— Есть в Люботине, в Гиевке, Харьковский областной центр матери и ребенка, где мамы могут пребывать от 7 месяцев беременности до того момента, пока ребенку исполнится полтора года, — рассказал Александр Алексеевич. — Сейчас центр относится к департаменту труда и социальной защиты населения ХОГА. Конечно, приют совсем небольшой. Есть еще один приют, который курирует римско-католическая церковь в пригороде Харькова. Но этот приют к ХОГА не имеет никакого отношения.Это всего лишь капля в море…Чтобы проверить достоверность информации, я отправилась в Люботин.
Местные жители помогли найти расположенный на окраине поселка Центр матери и ребенка. На улице с символическим названием Новая жизнь центр стоит особняком от поселка в живописном тихом месте, неподалеку от разрушенной исторической усадьбы Святополк-Мирских. Местные жители о центре отзываются исключительно с уважением и благодарностью.— Дети рождаются, мам спасают, доброе дело люди делают, — рассказывают жители Гиевки. В уютном дворике стоят детские коляски, молодые мамы заняты своими ежеминутными хлопотами с малышами. Рассказывать о себе для газеты женщины не хотят, поскольку у каждой своя непростая история, и она продолжается, даже если мамы находятся в приюте.Рассказывает директор центра Николай Тимошенко:— Приют открыт в июне 2008 года. Уже за первых три года существования там побывали 22 беременные женщины, которые хотели сделать аборт или отказаться от ребенка. Всем этим женщинам было предоставлено более 5 тыс. различных консультаций. Но центр рассчитан на одновременное пребывание всего лишь 25 женщин. Для Харьковской области — это капля в море.У нас за все время через приют прошло 67 мамочек.
Может проживать мама не только с одним, но и с двумя детьми. Бывает так, что людям просто негде жить. Элементарно рухнула крыша или еще какая-то бытовая проблема. Но есть и те, кто поссорился с мужем, стал жертвой насилия. Многие будущие мамы, попавшие в беду, или, как принято у нас говорить, в сложную жизненную ситуацию, безвыходную материальную зависимость, рассуждают так: «Пусть уж лучше ребенка поднимает на ноги государство, чем малыш будет жить в нищете». Но многое со временем меняется, и женщина понимает, что ситуация, которая казалась безвыходной, имеет выход. Дети остаются с мамой. Мы всячески поддерживаем женщин и малышей. Центр предоставляет помимо питания еще и памперсы. У нас есть коляски, которые мы закупили при открытии центра. С каждой семьей поддерживаем связи, созваниваемся, всегда приглашаем на праздники. Для создания центров нужна материальная базаВ юридической фирме, оказывающей консультативные услуги жертвам насилия (по телефону 705-12-66), пояснили: «Мы работаем по договору с областным центром социальных служб семьи, детей и молодежи анонимно и не хотели бы называть наше агентство в прессе.
Но можем проинформировать ваших читателей о том, что делать жертве насилия. Во-первых, надо обратиться в райотдел милиции, а затем написать заявление в районный центр социальных служб семьи, детей и молодежи ХОГА. Можно сразу обратиться и в областное или городское управление с тем, чтобы факт насилия был зафиксирован. Для начала необходимо составить акт от инспекторов социальной инспекции. По закону, конечно, предусмотрены социальные центры временного пребывания жертвы насилия, но по факту этого нет. Для создания таких центров нужна материальная база, помещение, персонал. Механизм борьбы с агрессором прописан на бумаге, но реально он не работает. Как может, например, вести себя агрессор, на которого наложен арест в 15 суток? Он придет в семью еще более разъяренным. Или же система воздействия на драчуна административными штрафами. Кто их выплачивает, из какого бюджета? Из семейного! И страдает опять же семья. Плохо в данном вопросе работают участковые милиционеры. Эти вопросы непосредственно в их компетенции. Участковый должен по закону сразу же сделать предписание,
так называемое «офiцiйне застереження» насильнику. Если же медицинская экспертиза подтвердит побои, и имело место умышленное легкое телесное повреждение, то такие противоправные действия наказываются штрафом до пятидесяти необлагаемых минимумов доходов граждан или общественными работами на срок до двухсот часов, или исправительными работами сроком до одного года. Кратковременное расстройство здоровья или незначительная утрата трудоспособности наказываются штрафом от пятидесяти до ста необлагаемых минимумов доходов граждан или общественными работами на срок от ста пятидесяти до двухсот сорока часов или исправительными работами сроком до одного года, либо арестом на срок до шести месяцев, или ограничением свободы сроком до двух лет. Но это все хорошо на бумаге, а на деле, увы…Кстати, Украинский фонд демократии «Сначала Люди» провел свои исследования, согласно которым уровень доверия населения к общественным организациям достигает лишь 2,5%. Государственным организациям доверяет 28% населения.
