Несмотря на недавние кибератаки на компании SolarWinds, Colonial Pipeline и производителя мясопродуктов JBS, поводов для оптимизма в плане возможной кибер-сделки, заключенной по итогам встречи между президентом США Джо Байденом и президентом России Владимиром Путиным, не так уж и мало.
Им вполне по силам ослабить — если вообще не положить конец — «хакерской напряженности», возникшей в последние месяцы в отношениях между двумя странами. Саммит Байден-Путин мог бы стать шагом в сторону более стабильной и совместно формируемой глобальной цифровой политики при активном участии правительств, бизнеса и гражданского общества. Каковы же основные причины для такого кибер-оптимизма в преддверии саммита в Женеве?
Йован Курбалия (Jovan Kurbalija) — бывший исполнительный директор «Секретариата Группы высокого уровня Генерального секретаря ООН по цифровому сотрудничеству». В настоящее время он является директором фонда DiploFoundation и главой «Женевской интернет-платформы».
Во-первых, в то время как хакерские атаки занимали первые страницы газет и интернет-порталов, две страны,
между прочим, активно сотрудничали в этой сфере сразу по нескольким направлениям. В марте они одобрили доклад «Рабочей группы ООН открытого состава по кибербезопасности» (РГОС), а на прошлой неделе они дали добро соответствующему докладу «Группы правительственных экспертов ООН» (ГПЭ).
По итогам этой работы Россия и США согласились разработать более предсказуемый глобальный режим кибербезопасности, основанный на нормах поведения правительств в киберпространстве и на совместных мерах по борьбе с кибер-угрозами. Даже на крайне противоречивых переговорах по торговым аспектам электронной торговли в рамках ВТО Россия и США входят в единую группу стран, выступающих за новые правила электронной коммерции.
Во-вторых, по словам как Белого дома, так и заместителя министра иностранных дел России Сергея Рябкова, сейчас открыта «горячая кибер-линия» между Вашингтоном и Москвой, поскольку две страны напрямую занимаются расследованиями всех недавних кибер-инцидентов.
В-третьих, за последние два месяца мы увидели изменения как в риторике, так и в действиях обеих сторон. Враждебность между двумя странами только усилилась,
когда аппарат, отвечающий за безопасность США, официально возложил ответственность за кибератаку на айти-компанию SolarWinds прямиком на российское правительство, после чего президент Дж. Байден издал распоряжение о введении санкций в отношении четырех десятков российских физических и юридических лиц в связи с их участием в кибератаке на SolarWinds. Однако в последнее время риторика вашингтонской администрации несколько смягчилась. После атаки на компанию Colonial Pipeline в мае Дж. Байден подчеркнул, что атака была предпринята некоей «российской группой хакеров», а вовсе не самим российским правительством.
Дальнейшее снижение степени риторической напряженности наблюдалось все последние несколько недель, а американские официальные лица сосредоточились на сотрудничестве с российскими властями в расследовании и в противодействии последствиям кибератаки на компанию JBS, крупнейшего в мире производителя мяса и мясопродуктов. В жестких заявлениях Министра торговли США Джины Раймондо (Gina Raimondo), Министра энергетики Дженнифер Грэнхолм (Jennifer Granholm) и Министра транспорта Пита Буттиджига (Pete Buttigieg)
Россия прямо упомянута не была. С российской стороны Владимир Путин дал понять, что Россия даже могла бы выдать американской стороне киберпреступников, участвующих в цифровых атаках с целью получения затем выкупа.
В целом можно сказать, что для кибер-разрядки между двумя странами все уже готово. Помимо двустороннего сотрудничества, стороны могли бы приступить и к более эффективной многосторонней работе, вытащив на свет из дипломатического холодильника и разморозив «готовые к употреблению» меры по доверию Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).
На глобальном уровне, в частности, в контексте ООН, Россия и США могли бы ускорить процесс заключения всеобъемлющего Договора о кибербезопасности (Cybersecurity Compact), который мог бы начать регулировать текущую гонку кибер-вооружений, в которой уже участвуют не менее полусотни стран, обладающих или близких к обладанию наступательными цифровыми возможностями. Обе страны также могли бы усилить координацию в сфере противодействия киберпреступности, которая в настоящее время ведется по двум основным направлениям:
(а) возглавляемые США усилия по глобальной ратификации «Будапештской конвенции о киберпреступности» (Budapest Convention on Cybercrime) и (б) возглавляемый Россией процесс формирования основ новой «Конвенции ООН о киберпреступности» (UN cybercrime convention).
Россия и США могли бы включить кибербезопасность в более широкую цифровую глобальную повестку дня, охватывающую электронную коммерцию, права человека, экономическое развитие, вопросы технической стандартизации и многие другие вопросы. Например, регулирование глобальной электронной коммерции не может быть эффективным без учета таких аспектов, как техническая стандартизация, конфиденциальность и безопасность. У России также скоро появятся дополнительные стимулы для разработки целостного подхода к глобальной цифровой политике, поскольку в 2025 году она будет принимать у себя «Форум ООН по управлению Интернетом» (Internet Governance Forum IGF), знаковое глобальное мероприятие, на котором будут рассматриваться как раз все вышеупомянутые, но не только, «цифровые вопросы».
При этом, даже с учетом всех этих причин для оптимизма,
в отношении реальных результатов саммита в Женеве все же следует проявлять осторожность, коль скоро кибер-проблемы не рассматриваются — и не могут рассматриваться — в изолированном формате. Они являются частью более широкой повестки, начиная от ядерных арсеналов вооружений и заканчивая ситуацией в Украине и вокруг нее. Не забудем отношения с Китаем, вопросы прав человека, ситуацию на Ближнем Востоке и так далее. Для США проблемы цифровой безопасности будут занимать очень важное место в повестке дня саммита в Женеве. Американское общество критически зависит от цифровых технологий, а значит усиление кибер-стабильности повысит и безопасность системных инфраструктурных объектов внутри страны и одновременно это станет вкладом в поддержку глобальных экономических интересов таких айти-гигантов, как Google, Microsoft, Amazon и других технологических компаний.
Ясно, что снижение степени «цифровой напряженности» и расширение «цифрового сотрудничества» в любом случае принесут огромную пользу всему современному миру. Благодаря такой «кибер-разрядке» Дж. Байден и В. Путин имеют шанс внести важный вклад в глобальную цифровую стабильность и в общее цифровое развитие современного мира. Если посмотреть на историю, то не раз уже на берегах Женевского озера дипломатия и примат сотрудничества помогали побеждать войны и конфликты. И теперь у нас есть все основания надеяться, что эта история повторится вновь теперь уже в киберпространстве.
