Влияние Москвы на ближайших соседей снижается, отмечает европейское интернет-издание EUobserver Так, Казахстан не так давно ограничил основной объем импорта российской пшеницы, а главный торговый партнер РФ – Китай – нанес Москве два существенных удара. Во-первых, Пекин не стал поставлять морские силовые установки для судов, с помощью которых Россия намеревалась развивать Северный морской путь в Арктике. Во-вторых, он практически заморозил проект газопровода «Сила Сибири–2», по которому Россия планировала ежегодно экспортировать в Китай до 50 млрд кубометров газа.
Как отмечает EUobserver главной причиной стали ценовые требования Пекина. Китай готов покупать российский газ примерно по $50 за тысячу кубометров – это в пять раз меньше, чем рассчитывала Москва. Американская газета Wall Street Journal пишет, что война против Украины окончательно превратила Россию в младшего партнера Китая.
В Кремле с этой оценкой не согласны. "Отношения между Российской Федерацией и Китайской народной республикой строятся на принципе равенства, поэтому тезис о младшем партнере в лице Москвы является ошибочным",
– заявил пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков
Действительно ли Китай и ближайшие соседи России тихо удаляются от Москвы, заинтересован ли Китай в строительство газопровода "Сила Сибири-2", и насколько Россия нуждается в Китае, в прямом эфире телевизионной и онлайн-сети Настоящее Время, созданной Радио Свобода для русскоязычной аудитории спросили у Ивана Пешкова директора Центра исследований Центральной Азии Университета им. Адама Мицкевича.
– Cразу несколько мировых изданий пишут, что Китай и ближайшие соседи России меняют курс и тихо удаляются от Москвы. Вы с такой оценкой согласны?
– Все зависит от того, каким какой мы примем язык. Если мы говорим о "языке дружбы и союзничества", то, наверное, можно так увидеть, хотя, мне кажется, это несколько эмоциональная оценка, потому что с самого начала войны все соседи России, которые воспринимаются как союзники или очень опасное слово "друзья" (потому что оно запутывает всех), они сталкиваются с набором факторов, которые идут в разные стороны. Прежде всего, это желание сохранить какие-то отношения и заработать прежде всего на рынке.
Второе, это страх попасть под санкции западные и желание занять, может быть, места, которые Россия оставляет. А третье – это попытка все-таки не разорвать с Россией [связи] до конца, не стать ее экзистенциальным противником в этой нервной атмосфере.
И эти все разноплановые факторы. Плюс, если взять Китай, какая-то [у него есть] привычка очень жестко торговаться, они создают такую немножко хаотическую структуру. Это очень хорошо видно по Азербайджану. Когда Азербайджан делает какие-то очень серьезные заявления, потом опять идут заявления, что отношения с Россией хорошие, потом обратно заявления, что отношения ужасные и так далее.
Идет уже попытка выстраивать какие-то структуры для послевоенного мира
Мы видим достаточно сложную систему, когда предыдущая довоенная модель полностью разрушена, страны пытаются сохранить какие-то возможности зарабатывать на российском рынке и минимальный контакт с Россией, но при этом, с одной стороны, реагируют на текущую ситуацию, которая, конечно, очень сильно бьет по имиджу России как надежного поставщика нефти. А с другой стороны,
идет уже попытка выстраивать какие-то структуры для послевоенного мира.
И поэтому мы видим все время движение вперед и назад, вперед и назад, но тенденция есть. И идет определенное отдаление и попытка выстроить с Россией новую модель отношений.
– Я правильно понимаю, что опасаясь санкций, страны публично говорят, что мы не будем так активно сотрудничать, как раньше, но на самом деле партнерство продолжается?
– Конечно, партнерство продолжается. Другое дело, что это партнерство должно быть выгодным, и, естественно, ситуация меняется резко, как заявления президента Азербайджана. И, естественно, это партнерство переигрывает. Причем это партнерство имеет несколько этажей. Есть партнерство между государствами, есть партнерство между гражданами, которые пытаюься участвовать в экономике обхода санкций, это огромная индустрия, в которой огромное количество жителей СНГ участвует.
Ни о какой блокаде России, ни о каком разрыве связей речь не идет
Поэтому здесь достаточно сложный клубок проблем, но, в общем-то, постоянно идет лавирование, как так сохранить какой-то минимум отношений,
заработать на этой ситуации и при этом не попасть под санкции. Потому что, в отличие от России, которая как бы вошла в прямую конфронтацию с Западом, все страны, в том числе Китай, который, несмотря на то, что является важным элементом коалиции войны (то есть Иран, Китай, Россия, Северная Корея), он достаточно аккуратно старается избегать санкционных рисков своей экономики. При этом, конечно, ни о какой блокаде России, ни о каком разрыве связей речь не идет.
Речь больше идет о попытке выстроить максимально эффективную на этот момент (на на базе сегодняшнего понимания ситуации) модель сотрудничества, в том числе, и заработка на ситуации, в которой Россия оказалась сейчас.
– Сегодня насколько Россия нуждается в Китае?
– Здесь две крайние вещи. Сегодня Россия нуждается в Китае. Сегодня Россия очень сильно зависит от китайской экономики. Другое дело, что после этих двух очевидных факторов мы делаем вывод, что Россия превратилась в "младшего вассала Китая" и так далее, это, мне кажется, немножко эмоциональные оценки. Но, естественно, вероятность того, что конфронтация с Западом, разрыв всех экономических связей с Евросоюзом приведет к экономической зависимости от Китая, он учитывался.
Без китайской поддержки ситуация в российской экономике выглядела бы совершенно по-другому
Насколько эта зависимость будет долгой, насколько она будет сохраняться после войны, это сейчас трудно сказать. Но на сегодняшний день, конечно, Китай играет последние четыре года ключевую роль в адаптации российской экономики к условиям беспрецедентного и практически без аналогов в историческом процессе санкционного давления. Поэтому без китайской поддержки ситуация в российской экономике выглядела бы совершенно по-другому.
– Один из ключевых для России вопросов – строительство газопровода
