В Ярославле 2 августа арестовали еще четверых сотрудников исправительной колонии №1, где били заключенных. Всего по делу о пытках заключенного Макарова задержали 12 человек. О том, что происходит в ИК №1 после того, как кадры пыток попали в СМИ, Настоящему Времени рассказал бывший фигурант "Болотного дела" и координатор проекта "Русь Сидящая" Илья Гущин.
– Сначала колонию поставили просто на уши. Произошла некоторая ротация кадров, приезжие сотрудники были даже какие-то более-менее адекватные. При этом сразу же началось давление на заключенных.
Из пекарни исчезла белая мука – просто закончилась. Вместо этого привезли какую-то низкосортную. А хлеб – основная пища здесь, как в армии, как во всех тех местах, где кормят плохо. Поэтому хлеб очень важен. И хлеб сразу упал в качестве.
Упало качество еды в столовой. Всякие съедобные, полезные, просто вкусные вещи уменьшились в размерах, мяса стало с гулькин нос. Общие порции, говорят, стали тоже поменьше.
Это такой способ давления на заключенных. Голодание, скажем так.
А есть еще заключенные, которые сообщали о пытках.
С ними вообще очень интересная история.
Приезжают прокурорские работники из Ярославля, приезжают комиссии из Москвы и Ярославля, начинают опрашивать заключенных, к кому применялись пытки. И, как ни странно – обычно заключенные молчат, потому что находятся в таком месте, где они очень зависимы от начальства, а сами практически бесправны, – а тут начали говорить. Многие начали говорить, что к ним применяли пытки – били, говоря по-простому, как минимум.
Работники прокуратуры все это записывают, фиксируют, а потом сами начинают предлагать заключенным отказаться от своих показаний, потому что они не смогут это доказать, у них нет свидетелей, у них нет медицинской фиксации побоев. Потому что они находятся в тюрьме, их свидетели – это ФСИНовцы, их лечат ФСИНовцы. Им просто некуда деваться.
Кто-то забрал заявление после этого, кто-то не забрал. И тогда уже списки тех, кто остался, кто стоит до конца, передали местным оперативникам – то есть тем же людям, что пытали заключенных.
Они получают списки тех, кто подал жалобы на пытки. И их [заключенных] начинают по одному вызывать в отдел и проводить "профилактическую беседу",
скажем так: угрожают новым уголовным преследованием (если не ошибаюсь, 36-ая статья "дача заведомо ложных показаний"). Пытаются им внушить, что заключенные не смогут ничего доказать в суде, потому что у них нет очевидцев и нет материалов, фиксирующих побои. А слова заключенного – и любого гражданина против человека с корочкой и в погонах, – они очень мало что значат, в общем-то, ничего не значат.
Но заключенные не сдаются. И это хорошо.
20 июля "Новая газета" опубликовала видео с пытками в ярославской колонии. О жестоких избиениях в ней было известно с апреля 2017 года: тогда на пытки жаловались трое заключенных – Иван Непомнящих, Руслан Вахапов и Евгений Макаров. На опубликованном видео избивали Евгения Макарова.
Сразу после публикации видеоролика ФСИН и СК начали проверку, а местное управление стало выяснять, каким образом этот ролик мог попасть в руки журналистов. Адвокат одного из обвиняемых сотрудников колонии заявил, что фонд "Общественный вердикт", который получил видеозапись пыток, сотрудничает с западными организациями.
Адвокат фонда "Общественный вердикт" Ирина Бирюкова уехала из России на следующий день после того, как передала видео "Новой газете", из-за угроз мести от "ряда сотрудников, которые присутствуют на записи"
После того, как публикация видео в Сети вызвала широкий общественный резонанс, замглавы Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Валерий Максименко принес извинения заключенному Евгению Макарову за пытки в колонии.
