Продолжая истории выходцев из России и с постсоветского пространства, увлеченных швейцарской политикой, мы встретились с Татьяной Кнолль. Кандидат на городских выборах от женевского отделения Швейцарской народной партии (SVP/UDC) поделилась с нами своим видением перспектив натурализованных швейцарцев в политике и «лайфхаками» предвыборной кампании.
расскажите сначала немного о себе.
Татьяна Кнолль: По происхождению я из поволжских немцев, а родилась и выросла в Сибири, в Новосибирске. В дальнейшем все мои родственники перебрались в Германию, где живет и другая часть семьи, а я в 1993 году приехала в Женеву вместе с мужем-россиянином, который здесь работал. Тогда мне шел 20-й год. Сейчас я — вдова, мать двоих взрослых детей.
В России я окончила среднюю школу, а дальнейшее образование получала уже в Швейцарии: изучала руководство, создание и управление бизнесом в Лозаннской бизнес-школе (Business School Lausanne). Сейчас я занимаюсь организационно-экономическим консалтингом, специализируюсь в организации деловых поездок в Россию и стран СНГ для фирм и частных предпринимателей.
По запросам клиентов, с учетом их предметных областей и потребностей, исследую возможности рынка, помогаю в поисках инвесторов, а также и в покупке золота. Швейцарские бизнесмены, с которыми я работаю, честно скажу, о российской политике знают поверхностно, но с большим воодушевлением относятся к России и с симпатией относятся к президенту Владимиру Путину.
Конечно, я слежу и за новостями из России и стран СНГ, чтобы быть в курсе новых законодательств. У меня нет предпочтений в отношении политических партий, но по работе встречаюсь с послами бывших советских республик, с представителями министерств экономики и иностранных дел, с руководителями регионов. А также я организую швейцарские экономические делегации в регионы России и СНГ для торговой палаты.
Интерес же к швейцарской политике у меня всегда был. Тем более, когда работаешь в сфере бизнеса, нужно быть в курсе, что происходит в Конфедерации и за рубежом, какие соглашения подписываются между странами в сфере экономики.
Дает ли привилегии членство в партии?
Татьяна Кнолль: Членство в политической партии в Швейцарии не подразумевает бонусов и не дает принадлежности к какой-то привилегированной касте.
Конечно, каждая партия стремится к тому, чтобы увеличить число своих членов и сторонников, но давать — или ожидать — за это привилегии идет вразрез со швейцарским духом равноправия.
Есть ли у эмигрантов шансы на политическую карьеру в этой стране?
Татьяна Кнолль: Швейцария в каком-то смысле перекресток Европы — через нее проезжает множество иностранцев, и немало из них решает здесь остаться. Вскоре они начинают считать ее своим домом, как и их дети; все они вносят вклад в развитие и процветание страны. На мой взгляд, в Швейцарии интеграция иностранцев идет быстрее, чем в соседних государствах, где иностранное население надолго замыкается в своих диаспорах, и завершается максимум за одно поколение.
Натурализовавшиеся швейцарцы уже интересуются местной политикой и не только голосуют, но и участвуют в выборах. И шансы у них есть! Нужно только время, готовность пройти все этапы и активно действовать. Избиратели больше смотрят на то, что человек из себя представляет, каков его профессиональный статус.
Считается, Швейцарская народная партия, самая правая из всех,
представленных в парламенте, выступает за всё швейцарское и против всего иностранного. Давайте обрисуем ее место на политической карте.
Татьяна Кнолль: Это правоконсервативная партия, одна из ведущих в стране. На последних парламентских выборах в 2015 году она набрала 29,4% голосов, а в Федеральном совете, правительстве, у нас два министерских портфеля из семи: это министр экономики Ули Маурер и министр обороны Ги Пармелен.
Под своим сегодняшним названием, Schweizerische Volkspartei, или Швейцарская народная партия на немецком, или Union démocratique du centre, то есть Демократический центристский союз на французском, партия существует полвека и родилась после объединения объединение двух ведущих правых крестьянско-бюргерских политических сил (Партии крестьян, бюргеров и ремесленников и Демократической партии кантона Гларус и Граубюнден), но корни ее уходят в 1917 год, когда была создана Цюрихская крестьянская партия.
SVP/UDC выступает за защиту интересов Швейцарии, ее граждан и экономики, за ограничение иммиграции. При этом она идет наперекор популярным политическим веяниям и чаяниям,
особенно европейским транснациональным и интеграционным. Мы, в частности, выступаем против подписания рамочного соглашения с ЕС. Проще говоря, мы много чего блокируем, мешая другим партиям отдать полстраны.
Нужно также сказать, кантон Женева для нас сложный: самые сильные позиции у нас в немецкоязычной части страны и в глубинке, а Женева традиционно поддерживает левые и космополитичные идеи. Не случайно отделение партии начало работать здесь только в 1990-х годах; сегодня у нас здесь лишь восемь депутатов и шесть муниципальных советников (с учетом парламента, состоящего из 80-ти депутатов, и 45 муниципальных единиц, — прим. ред.). Так что я не искала легких путей.
Почему же Вы выбрали именно SVP/UDC и чем в ней занимаетесь?
Татьяна Кнолль: Почти все швейцарцы, с которыми я работаю, состоят в партиях. Соответственно, разговор нередко заходил о политике, и в какой-то момент я поняла, что это для меня очень увлекательно и интересно начать ею заниматься. Побывала на собраниях у социалистов и либералов — интересно, но не для меня.
А вот на первом же собрании в Швейцарской народной партии я сразу ощутила,
что с этими людьми мне легко, это мое. Я и раньше практически всегда за нее голосовала. На общенациональных собраниях — а они проходят четырежды в год в красивых сельских местах, участники собираются в огромном шатре — мы вместе согласовываем будущее партии и Швейцарии.
С 2017 по 2018 я была секретарем Женевского отделения партии. В апреле 2018 года принимала участие в выборах в парламент кантона. Первая в моей жизни избирательная кампания стала важным жизненным опытом: я набрала 6 005 голосов, для избрания не хватило примерно 350-ти голосов. Но это был только первый шаг, а следующим станет участие в выборах в муниципальный совет города Женевы 15-го марта 2020 года. Я готовлюсь к выборам.
В Швейцарии есть три «горячих» вопроса, ответы на которые сразу показывают позицию человека. Итак: избирательное право для иностранцев — да или нет?
Татьяна Кнолль: Я считаю, что нет. Как можно отдавать государство в управление временным людям? Это — не их страна, они приедут и уедут, а нам тут жить. Те, у кого постоянный вид на жительство, уже голосуют на муниципальном и кое-где на кантональном уровнях,
так что актуальная система прекрасно работает. А если хочешь голосовать по вопросам федеральной политики — делай шаги для получения гражданства.
Сближаться ли Швейцарии с Евросоюзом? Как Вы смотрите на трудовую миграцию из стран ЕС?
Татьяна Кнолль: Ни в коем случае! Сегодня мы с Евросоюзом живем как добрые соседи, и не надо ничего менять, иначе мы потеряем наш суверенитет. В 1992 году Швейцарская народная партия боролась против вступления в Европейское Экономическое Сообщество, инициировала референдум, на котором граждане проголосовали против вступления, так что благодаря нам Швейцария сегодня не в ЕС.
На протяжении многих лет у Швейцарии действовала договоренность со всеми странами, позволяющая компаниям, которые открывают здесь свои офисы, брать на работу специалистов из любой страны. В итоге, если раньше и существовала нехватка таких специалистов, то сейчас их уже перебор. Мы выступаем за ограничение трудовой иммиграции. Мы инициировали в 2014 году референдум, на котором народ поддержал введение квот для сотрудников из ЕС, а теперь добиваемся имплементации этого решения.
Для нас важно, чтобы наши дети, будущее Швейцарии, оканчивали обучение и могли претендовать на стабильные рабочие места с достойной зарплатой. Мы также – против уничтожение полей и виноградников для постройки новых структур для принятия иностранцев. Для меня важно, чтобы Швейцария была автономна, могла себя обеспечить продуктами питания и обороняла свои границы.
Беженцы в Швейцарии?
Татьяна Кнолль: Швейцария принимает беженцев достаточно активно, я ценю существующую систему оценки ходатайств о предоставлении убежища и выступаю за ее соблюдение. По моему убеждению, ситуация с беженцами в Европе катастрофическая. К сожалению, многие страны, начиная с Германии, инициируют и поддерживают все больший прием беженцев. Это может привести к тому, что большой приток людей из Африки изменит гендерный, социальный и национальный баланс европейского континента. К тому же большинство приехавших — это мужчины во взрослом возрасте, это скрытая армия, и она способна выступить против нас.
С какими трудностями сталкиваются женщины в швейцарской политике? Ощущаете ли Вы их на себе?
Татьяна Кнолль: В целом я чувствую себя комфортно, у меня складываются хорошие отношения с людьми во всех сферах жизни. Что мне нравится в швейцарской политике, так это то, что на равных можно общаться с любым политическим лидером.
В ходе предвыборной кампании в 2018 году ко мне на улицах подходило немало людей со словами поддержки партии: «Спасибо, что вы есть». Притом, что я была новенькой, но было приятно слышать от них комплименты.
Впрочем, в социальных сетях случалось, что под моими фотографиями и предвыборными флаерами оставляли негативные комментарии люди, не знающие обо мне ничего, комментируя мою внешность. Я не обращаю внимания, потому что ориентируюсь только на себя.
Можно даже сказать, что я – бонус для партийного отделения в Женеве, поскольку я также вхожу в комитет и возглавляю женевское представительство в объединении «Женщин в малом и среднем бизнесе франкоязычной Швейцарии» (Femmes PME Suisse Romande).
Правда, среди избранных политиков в Женеве — только мужчины, за исключением одной женщины-депутата, занявшей этот пост после того, как ее предшественник ушел на пенсию.
Может быть, это связано также и с тем, что, по моим наблюдениям, женщины ведут свою предвыборную кампанию более скромно и сдержанно и инвестируют в нее меньше денег. Баллотируясь, мы все имеем право найти спонсоров, а каждый житель Швейцарии имеет право ежегодно вычитывать из своей налогооблагаемой базы сумму до 10 тысяч франков, переданную им в качестве пожертвований для политической партии. На практике мужчины-политики активно пользуются связями, договариваясь между собой «в мужском обществе», а женщины-политики «стесняются».
Вы тоже будете скромничать?
Татьяна Кнолль: Нет! Даю слово, что следующую кампанию проведу активно — буду обращаться ко всем, к кому смогу, тем более я уже в курсе, как это делается.
Очень важно максимально увеличить публичное присутствие: принимать участие в дебатах и круглых столах, бывать на гала-ужинах и на встречах, которые организуют различные ассоциации, при этом активно знакомясь с людьми, выступая и делясь своей политической позицией. Это занимает много времени и требует большой мотивации и энергии. Важная часть кампаний — встречи с избирателями на стендах политических партий прямо на улицах города. Мы стояли на них много часов, и в дождь, и в снег!
Зато совсем не работает в Швейцарии американская модель выборов в виде обзвона избирателей и обхода домов — тут не приняты такого рода контакты и пожимания рук. Скорее, это станет гарантией того, что вас не изберут.
