На мой взгляд, вот, что произошло
Полную версию интервью с Валерием Романенко слушайте на Radio NV
Embraer E190AR авиакомпании Azerbaijan Airlines рейса J28243 Баку — Грозный, потерпевший 25 декабря крушение в казахстанском Актау, мог бы быть принят на ряде аэродромов Северного Кавказа. Во-первых, там Нальчик, во-вторых, там Минеральные воды, Махачкала. Там есть военный аэродром, откуда летают бомбардировщики, — Моздок. Зачем было поврежденный самолет направлять через море? Только с одной целью, чтобы концы — в воду. Другой цели я не вижу.
Насчет того, что он был сбит ракетой, тоже у меня есть большие сомнения. Если бы его поразили над Грозным, такое расстояние он не пролетел бы. Даже, если бы это были минимального размера ракеты комплекса «Панцирь-С». Вспомним, ракетой «Тор» сбит более крупный самолет. Я сейчас вспоминаю трагедию, которая произошла в Иране, когда сбили наш «Боинг-737», и это самолет гораздо большего размера. Гораздо крепче, чем эти «Эмбраеры» с тоненькими фюзеляжами. И там хватило одной ракеты, вторая ракета уже добивала «Боинг-737».
На мой взгляд,
вот, что произошло. Там пассажир, который снимал видео на борту говорит, что самолет сделал три попытки сесть на аэродром Грозный. Был туман на аэродроме. И понятно, что если в это время или накануне, или вообще, остались в памяти украинские беспилотники, как они прилетали на Грозный, эти джигиты, как только услышали звук в небе, начали стрелять из всего, что стреляет — автоматы, пулеметы, зенитные пушки — и таки попали по этому самолету. Потому что если бы это была зенитная ракета, то часть самолета была бы совершенно изрешечена. А там имеют место единичные поражения. То есть, скорее всего, самолет был поврежден зенитным огнем, но не зенитной ракетой.
Из российских источников сообщают, что произошло столкновение с птицами. Вроде бы об этом не сообщил экипаж. На малой высоте такое явление довольно частое. Но решение — посылать поврежденный самолет на такое расстояние — аж в Казахстан, это уже крайняя глупость.
Это уже крайняя глупостьКак бы могла сработать эта стратегия про «концы в воду»? Да элементарно. Россияне бы доставали обломки, не азербайджанцы. Вот даже уже сообщили,
что нашли черный ящик. Но какая из него информация будет обнародована, это большой вопрос. Иранцы тоже говорили, что это не мы сбили. Ну вот еще раз вспомню иранскую трагедию. Пока не приехали наши специалисты и не показали им кучу дыр. А может россияне просто не были уверены, что это зенитная ракета — я не знаю. Трудно сказать, я не хочу тут гадать. Здесь сплошное «вангование» — почему? как? Единственное, что я ставлю диагноз диспетчеру. Что посылать поврежденный самолет на большое расстояние, на запасной аэродром, это, так сказать, обречь его на большую вероятность гибели.
Много вопросов и по этим беспилотникам, которые долетают до Чечни. Утром 25 декабря была уже четвертая, кажется, такая атака на Грозный Меня спрашивают — какой в этом военный смысл, потому что там каких-то крупных военных объектов нет. Действительно, там ни военных серьезных объектов, ни промышленных объектов, которые работают на российскую оборону, нет. Я думаю, что если это наши беспилотники, то они прилетают просто для того, чтобы чеченцы, скажем так, с меньшим энтузиазмом шли на войну,
чтобы они понимали, что прилетит и по ним. А если это ФСБ, то, как говорят, «терки» там постоянные. Потому что Чечня считает себя, скажем так, де-юре в составе Российской Федерации, де-факто они могут следственную группу просто выгнать с территории в случае какого-то конфликта интересов с какой-то чеченской группировкой или с окружением Кадырова.
В современных условиях, при современном развитии средств информации понемногу реальная ситуация всплывет. Если моментально будут выплачены компенсации семьям погибших, то это будет первый сигнал, что там что-то «нечисто». Потому что обычно авиакомпании бьются до последнего, валят на производителя самолетов, производитель самолетов валит на авиакомпанию, на технический состав авиакомпании. То есть судебные иски идут один за другим. Если здесь быстренько все уладится, то похоже, что действительно есть что-то, что надо не выносить на всеобщее обсуждение.
Читайте также:
Александр Коваленко
Почему самолет из Баку разбился в Казахстане
Что происходит дальше при таких авиакатастрофах — создается комиссия, куда входят представители страны,
которой принадлежит самолет, представитель страны, на территории которой произошла катастрофа, представитель производителя самолета и, если нужно, среди них также будет представитель фирмы, которая производит двигатели. Но последнее, это так, значит, на выбор. Если есть вопросы к двигателям, то его приглашают. В общем такие четыре стороны должны быть представлены.
Представляю ли я себе, что Россия публично признает — мол, знаете, мы сбили самолет азербайджанских авиалиний, извиняемся, выплатим компенсации. Это не в российском стиле признать, что они где-то навредили. Они будут врать до последнего, это понятно. И дело в том, что если это зенитно-ракетный комплекс (не похоже, но если), то наверняка он был под управлением российских зенитчиков. То есть Россия причастна, стопроцентно причастна к этому. Потому что джигиты ничего сложнее пулемета, ну возможно там спаренная зенитная пушка 23 мм, в руках никогда не держали. Они не приспособлены к более сложным образцам оружия — радиолокаторам, зенитным комплексам. ПЗРК — там две кнопки нажимать — это еще можно им доверить, но не более.
Если найдут типичные поражающие элементы, которые пробили обшивку самолета, РФ придется признать свою причастность. Но пока что мало информации, чтобы утверждать о зенитной ракете. Одиночные поражения хвостовой части не похожи на действие зенитной ракеты.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди NV
